«Бирюзовый дом» в Николе


Зеленоградцы Андрей и Марина Кошелевы, создатели и руководители культурного центра «Бирюзовый дом», давно известны вологжанам. В Вологде и других городах области проходили их фотовыставки, презентации изданных ими книг и фотоальбомов. Подолгу живут они в селе Никольском в Тотемском райне, родном селе Николая Рубцова (а теперь решили именно там создать «Школу русского слова»), постоянно участвуют в Рубцовских и Клюевских чтениях…

В конце октября я встретился с ними в Вологде. Марина Николаевна Кошелева рассказала о своей работе, о планах…

– Мы только что приехали из Вытегры. Участвовали в Клюевских чтениях, – рассказывает Марина Николаевна. – Мы привезли в Вытегру книжку «Что вспомню я? Фотосюиты на стихи Николая Рубцова», подарили ее в музей, в библиотеку, участникам чтений, так что книжка уехала во многие регионы России.

…Передо мной сейчас тоже эта книга – прекрасно оформленный архивными и новыми фотографиями альбом… Хотя я затрудняюсь в определении жанра, поэтому соглашусь с авторским – «фотосюита». Вот как написал о работе Кошелевых главный редактор журнала «Вологодский Лад» Андрей Сальников: «Мозаика, калейдоскоп, деревенский половик… В фотоальбоме Кошелевых пестрые нити – или разноцветные стеклышки, кому что ближе – сходятся в одну картину, потому что они, эти стеклышки и ниточки, скрепляются любовью – к Рубцову, к Вологодчине, к поэзии… Ко всем нам, в конце концов». От себя добавлю – здесь, рядом с фотоработами, стихи Николая Рубцова, воспоминания о нем, стихи поэтов, близ­ких Рубцову, раздумья над его стихами… Все это, вместе с фотографиями, создает единую кар­тину живого поэтического мира…

Но вернусь к разговору с Мариной Кошелевой. Она раскрыла книгу «Что вспомню я?»…

– Я открыла книжку на стихотворении Клюева «Плач о Сергее Есенине». Смотрите, на этой страничке встретились три поэта: Николай Рубцов, Николай Клюев и Сергей Есенин… «Падает снег на дорогу, белый ромашковый свет…», – писал Клюев. В Вытегре мы часто вспоминали эту строчку, потому что был Покров и выпал первый снег… Мы ехали на могилу матушки Николая Клюева (каждый раз мы туда ездим), и вдруг автобус встал, и остаток пути мы шли пешком и увидели многое, чего раньше не замечали… Неподалеку от могилы – развалины церкви. И я предложила поставить на месте этой рухнувшей церкви часовенку. Все меня поддержали и тут же были сделаны первые взносы – кто сто рублей дал, кто пятьсот… Пока, конечно, собрана маленькая сумма, но ведь все начинается с малого… Следующий год – юбилейный и для Клюева (130 лет), и для Клюевских чтений (30 лет). Хотелось бы, чтобы в Вытегре появился памятник Клюеву, думаем об издании книги о Клюеве. Есть у нас уже книжечка «У лебединых перепутий», но надо бы что-­то более солидное…

– А к Клюеву Вы как пришли? Через Рубцова?

– Да, сначала был Рубцов. Были поездки в Николу, Тотьму, на Рубцовские чтения, была фотовыставка по его стихам… А лет семь назад нас пригласили с рубцовской выставкой в Вытегру. Тамара Павловна Макарова, которая около тридцати лет возглавляла Вытегорский музей, и является вдохновителем Клюевских чтений, сказала, что им хотелось бы видеть такую же выставку и о Клюеве, и мы сделали ее…

– Но ведь Вы занимаетесь не только Клюевым и даже не только Рубцовым. Что такое «Бирюзовый дом»? Почему и как Вы и Ваш муж, жители Подмосковья, стали патриотами Вологодчины?..

– Уже не просто «Бирюзовый дом» (эта организация была создана в 2009 году), а «Бирюзовое кольцо Русского Севера». И даже больше – мы работаем над созданием Школы русского слова «Бирюзовое кольцо Русского Севера». Мы знакомим людей (прежде всего, молодежь) с нашими отечественными традициями потому, что чем глубже традиция, тем быстрее идет модернизация (нынче пытаются все модернизировать по западному образцу, и ничего хорошего из этого не получается)… Почему «бирюзовый»? «Бирюза – знак истинной поэзии», – это слова Клюева. Его же: «В роще бирюзовой восстанет русская судьба». А у Рубцова: «И бирюза, и огненные перья…» Бирюза – знак неба. Дом – это земное, стоящее на земле. «Бирюзовый дом» – соединение земного и небесного. Почему «Кольцо»? Это знак единства. Хочется объединить людей­-энтузиастов: библиотекарей, историков, педагогов, предпринимателей – очень многих, кому дороги наши традиции и русская поэзия… Назову некоторых: Андрей Андрианов помог нам в разработке концепции, которая заключается в следующем: человек состоит из тела, ума и души, и у него должны быть три вида отдыха. Для тела отдыхать хорошо там, где тепло – на юге; для ума – лучше всего музеи, а для души отдых – это деревня, с ее чистой природой, «чистыми» людьми. И, прежде всего, Русский Север.

На одних из Клюевских чтений мы познакомились с Сергеем Русановым и его супругой Натальей, он – победитель конкурса «Весна романса» в Петербурге, регент церковного хора. И я тогда впервые услышала, как пели стихи Клюева на мелодии петербургского композитора Панченко. А потом мы встретили Сергея и Наталью на Рубцовских чтениях, вместе поехали на Пошехонское кладбище на могилу Рубцова, и я была потрясена тем, как они спели там молитву. И мы пригласили их в Николу…

Мы с Андреем с 2002 года знаем Николу и еще видели все эти стада коров, лошадей. Весь этот рубцовский мир был как на ладони. Стихи жили в местности. Там сама местность – памятник Рубцову… А года три назад колхоз скупили какие­-то посторонние люди, все стало разваливаться. Местных жителей охватило глубокое уныние. Лошадей нет, коров нет… Уже и Рубцова--­то почти нет, потому что его стихи жили всем этим, жили в этой местности… «Неужели мы не оставим нашим потомкам всей этой земли, неужели останется только музей?» – думалось нам. И мы захотели, как говорится, встряхнуть, приободрить людей. Как у Рубцова: «В жарком тумане дня сонный встряхнем фиорд, Эй, капитан, меня первым прими на борт! Плыть, плыть, плыть…» Вот надо было встряхнуть этот «сонный фиорд». Но для того, чтобы встряхнуться, нужно найти точку опоры. Эта точка – память предков, вера… И мы решили начать восстанавливать церковь… Вот туда, в Никольскую церковь, мы и пригласили Русановых в июле 2012 года. Конечно, для того, чтобы они пели там.

Это стало очень важным событием. К нему готовились… Ведь
в храме, воспетом Рубцовым, был разгром, горы мусора, рядом торчал туалет… Я обратилась в шко­лу, написала письмо в местную администрацию (директор школы Ю. А. Шадрина, глава муниципального образования «Толшменское» В. А. Сивцев, заведующая музеем Г. А. Мартюкова стали нашими активными сторонниками и помощниками) – и за неделю до песнопений в храме провели субботник, в котором участвовало все село.

А потом были песнопения в храме, объединившие всех, ставшие настоящим народным праздником… Одновременно мы привезли туда свою фотовыставку «Острова свои обогреваем». Состоялся концерт для ветеранов села. Был проведен круглый стол о будущем села Никольского, в котором участвовали и школьники. Все это оказало большое ободряющее влияние на людей…

Надо сказать, что за год до этого М. А. Полетова, руководитель Рубцовского центра в Москве, начала сбор денег на храм, но большого отклика тот почин не получил. После песнопений сбор средств активизировался. На первые собранные 30 тыс. рублей мы побелили стены внутри, и уже через полгода в помещении храма была открыта комната для бого­служений…

И еще об одном человеке и его инициативе надо сказать: предприниматель из Кисловодска Сергей Павлов узнал о нашей работе и перечислил на счет «Бирюзового дома» 30 тыс. рублей. Но при этом сказал, что из этих денег – 15 тыс. на храм и 15 тыс. рублей на постановку в Николе танца «Русский перепляс». Мы удивились – зачем танец? Он сказал, что потом сам скажет. Но я думаю, что это символика: русский перепляс – знак силы, удали, и ему захотелось, чтобы и это было на рубцовской земле…

– Да, грусти там и так достаточно, а вот силы и удали не хватает, – согласился я.

– И я пошла к главе района С. Л. Селянину, – продолжает рассказ М. Н. Кошелева. – Он понял нас, дал добро. Обратилась к главе МО «Толшменское» В. А. Сивцеву. Тот собрал совместное со школой и музеем совещание – и решили, что переплясу быть! С директором школы Ю. А. Шадриной мы пошли в самую многодетную семью села – дайте нам ваших внуков. И они дали. И дети согласились. А ведь это тоже не просто – убедить нынешних ребят плясать народный танец, а не какой­-нибудь брейк. К 15 тысячам от Сергея Павлова поселение еще добавило денег – пошили костюмы, сапоги. И в Николе появился ансамбль «Русский перепляс», который знают уже не только в Николе и Тотьме, но и в Вологде.

Местная школа тоже очень активно работает в последнее время: школьники вместе с пе­дагогами разработали социальный проект «Туристический путь по древнему Солигаличскому тракту»; сделали серию буклетов, оформленных нашими с Андреем Васильевичем фотографиями о земле Толшменской и людях Николы… Их краеведческие работы получили высокую оценку на Леденцовских чтениях в Вологде…

И еще об одном результате деятельности «Бирюзового дома» в Николе рассказала Марина Николаевна: работы по восстановлению храма, песнопения, фотовыставки – побудили к изучению истории храма. В архивах работала заведующая музеем
Г. А. Мартюкова. Выпускница Никольской школы, студентка ВГПУ Надежда Воронина и ученица Никольской школы Ольга Лапина сделали настоящее открытие – доказали, что история храма уходит гораздо глубже конца 18 века (ранее годом основания считался 1791). «Жалованные грамоты», найденные при помощи доцента ВГПУ Ивана Пугача, говорят о том, что уже в 16 веке существовала церковь Николая Чудотворца на Толшме.

Эти материалы собраны в изданной АНО «Бирюзовый дом» книжке «Храм Николая Чудотворца на реке Толшме. 1528, 1791, 1913…»

А человек, пожелавший остаться неизвестным, дал деньги на колокола для восстанавливаемой церкви. И Кошелевы заказали колокола в городе Тутаеве, где их льют по старинной технологии, и привезли в село Никольское…

– Итак, – подводит некоторый итог (далеко не окончательный) Марина Николаевна, – отреставрирован северный придел храма Николая Чудотворца, возник ансамбль «Русский перепляс», появились исследования по истории села и храма, приобретены колокола. Кроме того, мы уже создали в Николе филиал «Бирюзового дома»: приобрели половину дома, теперь есть помещение с двумя гостевыми комнатами и выставочным залом.

Мы хотим, чтобы люди приезжали туда, чтобы это был познавательный туризм, чтобы оставались в бюджете поселения деньги, чтобы был стимул для дальнейшего развития территории. И, в первую очередь, для развития сельскохозяйственного производства, потому что без этого деревни нет… Я везде это подчеркиваю, что «просто туризм» – это не спасение. Нужно сохранить живую самостоятельную жизнь территории, а не превращать ее в этнографический заповедник…

Вот все это вместе и будет «Школой русского слова». Будут приезжать дети из других регионов России, будут приезжать интересные люди – писатели, художники, мастера ремесел, которые могут передавать свой опыт… 6 июня будущего года, в день рождения Пушкина, мы планируем отрыть в селе Никольском «Школу русского слова»…

Да будет так!

С М. Н. Кошелевой беседовал

Дмитрий Ермаков.


117